Намерение (не) действовать: о перформативной структуре субъективности

Аннотация

В современных performance studies принято сочетать введенное Остином определение перформативности как слова, совершающего действие, и марксистскую идею о критическом потенциале теории, благодаря которому теория может изменять мир. В этой статье ставка делается на неортодоксальное прочтение перформативности, вытекающее из левинасовской критики насилия метафизики. Если теория имплицируется этикой, тогда перформативность может мыслиться только как радикальная пассивность теории. В таком случае решающее значение для концептуальной модели субъекта приобретает не эпистемологическое, а этическое измерение, а именно этика категорического императива. Категорический императив устроен как перформативное противоречие между желанием и волением, он фиксирует ситуацию разрыва, акразии, иными словами, решения. Приводятся две современные трактовки значения понятия субъекта решения. Одна из них, позитивная, принадлежит Бадью, это субъект верности событию. Она согласуется с субъектом практического разума Канта, поскольку поддерживается чистым и формальным движением воли. По мнению Мейясу, эта модель всегда переходная, незаконченная, так как эксклюзивность решения подрывает круг корреляции. По-настоящему свежим ходом оказывается критика Философского Решения как распределения трансцендентальных и эмпирических функций, предложенная Ларюэлем. Не-философия мыслит себя как единственная полноценно перформативная теория: она регистрирует изначальное решение, но отказывается идти по спекулятивному круговому пути философствования. Основная проблема, связанная с не-философией, состоит в том, что ее перформативность пока остается декларативной, неясны условия решения проблемы акразии, разрыва между желаемым и возможным.