Поколения вместо классов? Возраст и потребительская революция в России

Аннотация

В статье показывается, что паттерны потребления и характеристики стиля жизни, которые в западных обществах маркируют границы среднего и высшего классов, в России обозначают границы младших возрастных когорт. Используя данные репрезентативного опроса, проведенного в Петербурге в апреле-мае 2017 года, автор демонстрирует с помощью анализа корреспонденций, что формы досуговой активности описываются двумерной структурой, одно из измерений которой соответствует общему уровню (не)активности, а второе - относительному объему культурного капитала. Вопреки тому, что предполагает литература по социологии потребления, не доход и образование, а возраст является фактором, в наибольшей степени влияющим на общий уровень досуговой активности; влияние дохода оказывается ограниченным и по достижении сравнительно невысокого уровня (около 20 000 рублей на члена домохозяйства) сходит на нет. Анализируя данные мониторинга культурной жизни по Петербургу (организатор - М.Е. Илле), доступные с 2005 года, мы показываем, что возраст в этом анализе выступает как индикатор принадлежности к когорте, а не нахождения на фазе биографического цикла. Каждая следующая когорта демонстрирует в целом более высокий уровень активности, причем наиболее велик разрыв между старшими когортами. В заключительной части мы интерпретируем эти результаты как следствие различий в открытости разных поколений для паттернов глобальной статусной культуры. Поддержание определенного стиля жизни, помимо доходов, требует навыков и компетенций, которые легче приобретаются сравнительно молодыми людьми. В условиях, когда стиль жизни импортируется, именно внутренняя неготовность к восприятию его норм может быть основным узким местом, ограничивающим его распространение. В этих условиях возрастные группы приобретают квазиклассовые черты.